инструменты формирования корпоративной культуры, повышения организационной и персональной эффективности

Коучинг по существу: взгляд из жизни, практики и теории

(фрагмент главы из авторского методического пособия "ПСИ-ФАКТОР В ЭКОНОМИКЕ: основы построения и развития своего дела. ГЛУБИННЫЙ ЭКОЛОГИЧЕСКИЙ КОУЧИНГ, КОУЧИНГ ПЕРВЫХ ЛИЦ")

Признаться, меня не очень устраивает сам англоязычный термин "коучинг", особенно, в традиционном его понимании и исполнении. Во-первых, будучи помещённым в определённые жесткие рамки этот процесс, часто, на мой взгляд, неоправданно сужает и ограничивает возможности эффективного взаимодействия между специалистом-коучем  и его клиентом, решающим свои задачи, делая этот процесс менее продуктивным (более подробно об этом будет говориться ниже). Если, конечно, под продуктивностью понимать развитие человека в самом широком смысле слова, в том числе профессиональное и личностное, способность найти СВОЁ дело и развиваться в нём, а не способы стремительного продвижения в карьере и выколачивания денег из всего, что подвернётся.

Прав был Лев Гумилёв, сказав: «Россия – это хрящ, который натёрся между Востоком и Западом». К слову сказать, почти утерянной отечественной традиции верхне-волжских офеней-скоморохов[1] было многое, что сегодня есть, в том числе и в коучинге, впрочем, и в психотерапии. Полагаю, что далеко не только в этой традиции. Хрящ - это достаточно однородное целостное образование, возникающее в результате определённых многосложных процессов в организме. В этом смысле, стремление к такой целостности в психологической практике в бизнесе, исходя из многосложности и многокультурности нашей жизни в данном конкретном месте и в данное конкретное время, вполне естественно.

Отечественное старославянское понятие "пестун" (воспитатель, наставник) отдаёт старообрядчеством, сам процесс пестования практически утрачен. Более близкие и понятные нам «наставник», наставничество»  надёжно запутаны множеством современных педагогических и психологических теорий. Опора на понятие "коучинг" в подобной психологической практике, своего рода, дань времени, в котором этот термин более приемлем для «уха» современного бизнесмена. Термин «коучинг» более заточен под его деловое и "бизнес-плановое" сознание, в связи с чем понятие «психолог» и «психология» воспринимается деловым человеком по многим причинам достаточно сложно (более подробно об этом будет говориться в шестой главе). Коучинг и его технологически чёткий процесс радостен вообще сегодня для тех многих, кто изголодался по конкретике (пусть и не глубоко продуманной), после долгих лет размытых идеологических пузырей советской системы.

Термин «экологический» - результат компромисса между западной технологией в человекоориентированной работе и моим опытом живой работы с бизнесменами и руководителями разного уровня, где и начал формироваться подход - "психологическое сопровождение бизнеса и развития своего дела", а также метод – глубинный экологический коучинг.

Корни экологического коучинга уходят не только в поиск компромиссов при встрече с традиционными школами коучинга или консультативную и тренерскую работу в области бизнеса. Прежде всего, эти корни уходят в мою психологическую практику с разными людьми и по возрасту, и полу, и психотипу, и статусу. Нельзя было не заметить в этой работе, как то, что сегодня часто стало центральным предметом работы коуча (процессы целеполагания, мотивация, продуктивное и творческое мышление, коммуникативные компетенции, стрессоустойчивость и т.д.), часто было вторичным «незапланированным» эффектом от работы психолога и психотерапевта со сложными эмоционально-психологическими и физическими состоянием клиента. Работа с его вытесненными аффектами, дискомфортными психофизическими реакциями приводила к выстраиванию, развитию, оптимальному функционированию этих самых личностных функций - «высших психических» (Л.С.Выготский). При этом, совершенно не требовался специальный тренинг «трансформации проблемы в решение задачи», «развития коммуникативных способностей и ассертивности», «мотивации» и т.д. Эти психологические личностные функции, естественно данные человеку природой и уже развитые в определённой степени, начинали работать «как надо», будучи избавленные от «чёрной энергетической дыры» внутренних дискомфортных состояний.

В этом смысле, мне стало более очевидно, что у любого человека, подобно дереву, есть глубинная «корневая» система со своим уникальным "наполнением" - феноменологией(Э.Гуссерль). Это - эмоции, сложные чувства, потребности, мотивы, система ценностей и взглядов на мир, связанная с ними энергия и психофизический тонус. Очевидно, что существует непосредственное влияние этой корневой системы, благодаря жизненной энергии, на «ствол» и «крону» - устойчивость и рост – понимание себя, способность коммуницировать, ставить цели и достигать их, находить свою уникальную профессиональную нишу, быть стрессоустойчивым, т.е. развиваться и наиболее полно самореализовываться. И, что с этой системой можно вступить в непосредственное взаимодействие, эффективно решая, в том числе насущные повседневные личные, социальные и профессиональные задачи. Подобное взаимодействие стало практическим поиском «волшебной кнопки», нажав которую, можно достичь необходимого результата в решении разнообразных задач, являющихся предметом работы в коуча.

Способность нажимать эту кнопку во взаимодействии с клиентом – это, своего рода,  искусство, которому можно научиться, «возведя его в ранг ремесла». Данное искусство - это процесс естественного и экологичного включения внутреннего драйва- жизненной энергии клиента через разные феноменальные (часто хаотические) проявления этой энергии в контакте со специалистом – «актуальные сигналы личности»[2] - вербально-когнитивные, невербальные, социальные и духовные.

Помимо метафоры «дерева и его корневой системы», образно описывающей экологический коучинг, я использовал бы ещё метафору игры «кёрлинг», где тем удачней движется камень по игровому полю, чем лучше расчищена ему дорога и придано необходимое направление. То есть, метод экологического коучинга, помимо прочего (развитие ресурса за счёт раскрытия и поддержания сильных сторон клиента), работает  с чертами и состояниями, которые затрудняют естественный процесс его  устойчивой продуктивной деятельности. Метафора «джаза», по-моему, также очень удачна для описания этого процесса, как потенциальной способности людей слушать и слышать друг друга, свободно вступать во взаимодействие , импровизировать, отражая реакции друг друга, извлекать музыку взаимного общения (в том числе, делового) здесь-и-теперь, рождая интересный, полезный, приятный диалог.

Современная социально-экономическая жизнь – это не только пространство больших перемен, но и интереснейший «материал» для профессиональных психологических наблюдений и исследований. Новейшая история, особенно нашей страны, дают яркие примеры того, как процессы в обществе могут повлиять на адаптацию отдельного человека, его душевное здоровье, среду обитания. Как индивидуальные особенности тех, кто становится у руля политической и государственной власти, бизнеса, в свою очередь влияют на социальные и экономические процессы.

Что говорить о менее крупных социально-экономических образованиях - организациях, предприятиях, компаниях? Любой поступок, решение руководителя, как «круги по поводе» от брошенного камня, расходясь, сказываются на коллективе, бизнес-процессе, а явные и скрытые события, отношения в коллективе способны повернуть бизнес-процесс в сторону от стратегических планов руководства организации. Совершенно очевидно, что за этим стоит психология человеческого поведения (ключевых фигур бизнеса и их починённых), игнорирование которой часто приводит организацию к кризису, иногда неразрешимому.

Всегда ли мы знаем, с чем имеем дело, когда «имеем дело» с другим человеком, да и просто, со своим состоянием, чего бы это дело не касалось (руководство, ведение переговоров, обучение, коучинг, тренинги и т.д.)? Похоже, это «вопрос вопросов» на сегодняшний день в любой работе, в фокусе которой находится человек. Это вопрос, который, прежде всего, интересует меня самого как психолога, часто имеющего дела с определёнными задачами в профессиональной деятельности и просто, как человека, сталкивающегося с различными ситуациями в обыденной жизни. Именно, этот вопрос, в том числе, побуждает исследовать проблемные ситуации с различных точек зрения и позиций.

Так, к примеру, совершенно очевидно, что акцент в работе с линейным персоналом компаний во многом делается на правильном выполнении им определённой корпоративной роли, навыка, умения, то есть на укреплении «внешней формы» поведения. Человеческое «содержание» в виде эмоционального состояния человека, его физического здоровья, внутренней мотивации и т.д., в данном случае, находится на втором или даже дальше планах, хотя, во многом, именно от него зависит качество выполнения той или иной профессиональной деятельности или роли. А как же иначе должно быть? Важно, чтобы ты умел выполнять необходимую для организации задачу, функцию по определённому сценарию и заданной программе. Безусловно, в этом есть свой социальный, организационный смысл. Заранее расписанные роли и правила взаимодействия в той или иной социальной структуре, позволяют избежать деструктивного хаоса и добиться эффективности в решении общей задачи.

Но, именно, эта навязываемая форма, роль, правила часто вступают в противоречие с «содержанием» - живыми реакциями и состояниями человека, поставленного в условия сценарно-монотонной деятельности, расписанной по заранее заданному плану. Эти реакции, как правило, всегда имеют место быть в связи с естественными психологическими, если угодно, психофизиологическими законами деятельности человеческого организма. С подобными «противоречиями» многие сталкиваются в условиях своей профессиональной деятельности, начиная, к примеру, с противоречия между собственным оригинальным, творческим взглядом на решение проблемы и общепринятым взглядом, предписанными инструкциями, должностными обязанностями, заканчивая противоречием между острой потребностью отдохнуть от работы, уйти в отпуск и напряжённым ритмом бизнес-процесса, нетерпящим (?) никаких и ничьих отлучек и т.д.

Говоря об отвлечённых или отчуждённых от реального человека ролях и правилах, необходимо заметить, что вероятно не случайно сегодня стало популярным слово или выражение-паразит «как бы». «Как бы присутствовал», «как бы помог», «как бы учился», «как бы руководил», «как бы добился успеха», «как бы любил» и т.д. Всё, «как бы» - понарошку. Чего удивляться, если оказывается на поверку, что человек «присутствовал», но мало чего помнит, «помогал», да навредил в итоге, «учился», но ничего не умеет, «руководил», да только всё развалилось и т.д.? Человек начинает играть определённую роль в соответствии с требованиями, в угоду различным обстоятельствам, тенденциям в обществе, моде, ожиданиям окружающих людей, правилам, которые часто не соответствуют его природным задаткам и способностям, в лучшем случае, в худшем – вступают с этими задатками и способностями в истощающее его противоречие. В итоге – демотивация и низкое качество профессиональной деятельности, разочарование и плохое настроение, проблемы здоровья, конфликты в личной жизни и т.д. Социальные роли, в том числе и профессиональные, корпоративные, находящиеся в серьёзных противоречиях с человеческим естеством, сущностью, похоже, вообще яркая примета нашего времени, исторически отмеченного разнообразным набором великих и малых социальных иллюзий и догм поведения, противоречащих человеческой природе, здоровью, наконец.

Но, на мой взгляд, глубоко заблуждается и тот, кто полагает, что перечисленные выше проблемы линейного персонала это только его проблемы. Во многом, это и проблемы ключевых фигур, руководителей бизнеса, несущих за этот бизнес ответственность, создающих рабочие места, дающих своим подчинённым, тем самым, возможность удовлетворения своих материальных потребностей. Можете себе представить, какими личностными и профессиональными компетенциями должен обладать руководитель, для того чтобы, создать экономическую структуру в условиях глобальных перемен и хронических форс-мажоров, сохранить её и сделать эффективной, да ещё избежать всех внутренних противоречий, которые возникают у его подчинённых в процессе выполнения ими своей обязательной работы. Он должен быть почти «сверх человеком», как в прямом, так и переносном смысле! Кем же тогда должен быть его коуч или бизнес-консультант!? Прежде всего, терпеливым и вдумчивым исследователем, стремящимся к более глубокому пониманию ситуации, человеком, способным вовремя и адекватно действовать на основании полученной информации и выводов. А Вы что подумали?

В этом смысле, профессиональная помощь психолога-консультанта, бизнес-тренера, HR-менеджера, коуча, любого другого «человекоориентированного» специалиста и заключается, на мой взгляд, прежде всего, во внимательном наблюдении и изучении индивидуальных особенностей человека, групповых психологических процессов. При этом, практика, часто показывает, что важные позитивные изменения (повышение доверия и лояльности персонала к руководству, персональная эффективность ключевых фигур и рядовых сотрудников и др.) могут происходить уже на этапе исследования положения дел в кампании, на этапе ненавязчивого изучения индивидуальных психологических особенностей сотрудников.

Подобный процесс глубокого исследования - это контакт с индивидуальным восприятием, ценностными установками и взглядами на жизнь, привычками и профессиональными навыками, чувствами и переживаниями, способами мышления и действиями, с физическими состояниями человека, находящегося в социальной группе и за её пределами. Только затем уже это контакт с должностными обязанностями, социальной ролью, имиджем, брендом – оболочкой, в которой скрыты далеко не все перечисленные выше психологические аспекты личности, напрямую влияющие на выбор и качество исполнения человеком той или иной социальной роли, профессии, на её позиционирование в обществе.

Что происходит с человеком, с его личностной саморегуляцией, личным и профессиональным самоощущением, самореализацией, способностью доставать из памяти необходимое знание и воплощать его в практике? Что происходит с его мотивацией и, как следствие саморганизацией в профессии, личной жизни? От чего ему необходима помощь специалиста? Где его «чёрная дыра», лишающая уверенности, устойчивости и понимания происходящего? Где его собственная «точка опоры», дающая силу и ясность, способность оптимально действовать в различных обстоятельствах, в том числе ситуации неопределённости? Все эти вопросы, даже не задаваемые вслух могут помоч такому специалисту «добыть» важную информацию, делающую его работу более эффективной, и, как следствие, делающую более эффективной деятельность его клиента. Добывание этой информации несколько напоминает игру «кёрлинг», когда устранение помех, перед скользящим по льду гранитным камнем, позволяет ему продвинуться в нужном направлении и на нужное расстояние. В человеческой жизни, в какой-то степени, как и в кёрлинге, движение уже изначально задано, важно только(!) учиться понимать: куда ты хочешь двигаться(?) и что мешает тебе это делать(?).

Хотим мы того или нет, но любое взаимодействие между руководителем и подчинённым, оргконсультантом и менеджером, продавцом и покупателем, психологом и клиентом и т.д., это прежде всего, глубинное взаимодействие между различными индивидуальными психическими мирами, соприкасающимися в данной ситуации, в реальности окружающей жизни. Той реальности, которая до сих пор не изучена досконально, равно, как и внутренняя реальность отдельного человека. Если бы это было не так, то разве сталкивались бы мы с огромным количеством непонятных, непредсказуемых, необъяснимых кризисов, затруднений и тупиков в различных областях человеческой деятельности?

Эту «неизученность» парадоксально доказывает сегодня большое количество технологий в решении насущных проблем различного рода человеческой деятельности, в том числе и бизнесе, которые работают с невысокой степенью эффективности, дают временный, неустойчивый эффект, часто с непредсказуемыми, порой негативными последствиями, что нашло своё народное выражение в «хотели, как лучше, а получилось, как всегда!». Именно поэтому, поиск наиболее оптимальных подходов и способов решения различного рода задач, в том числе в области бизнеса вполне закономерен и необходим. Совершенно очевидно, что эффективность решения коучем поставленной клиентом задачи зависит от нахождения ими обоими оптимального баланса между решением формальной бизнес-задачи, которая явилась предметом обращения к коучу или бизнес-тренеру и неформальным человеческим содержанием, пропитывающим все стороны деятельности клиента, в том числе его взаимодействие с коучем.

При этом, коуч, как и любой другой человек не может знать всё, в том числе и то, как его подопечному организовать свою профессиональную, личную жизнь, карьеру, бизнес. Если специалист-коуч позиционирует себя как «чтец, жнец и на дуде игрец», готовый учить своего клиента основам экономики, политики, юриспруденции, бизнес-процессов и т.д., то у меня, как у клинического психолога возникает к такому специалисту «много вопросов», полагаю, что не только у меня. Если обучаемый воспринимает специалиста-коуча, бизнес-тренера, психолога, как человека, который должен знать всё и рассказать «как жить?», «как строить бизнес и карьеру?», то это первый знак для специалиста, что у обучаемого в жизни и на душе что-то очень «не так»... Нужно ли специалисту читать своему подопечному лекции по экономике и организации бизнес-процессов, тем более, что это можно получить в достатке в любом специальном образовательном учреждении и иногда бесплатно? Как правило, подопечный коуча всё это и так знает (если конечно он чему-либо учился в данной области!).

Собственно, всё это «мысли вслух», вырастающие из психологической работы с владельцами и руководителями бизнеса, руководителями государственных организаций, персоналом компаний, проводимой в формате коучинга. Сегодня коучинг имеет различные воплощения в практике, включающие аспекты психологического консультирования, орг-консультирования, наставничества, психотерапии. Логика развития коучинга, как и любая другая человекоориентированная работа требует сегодня глубинного понимания человеческого поведения, что вполне естественно и необходимо в решении многих актуальных задач, в том числе в условиях современной социально-экономической глобализации, где возникает риск «потери» человека, его индивидуальности и аутентичности.

По сути, методологию и методику глубинного экологического коучинга можно свести к следующим основным принципам взаимодействия с клиентом, которые являются и отличительными признаками подхода и метода:

1. Принцип «витализма и самонавигации» (поддержание жизненного драйва-энергии клиента, развитие его осознанной мотивации и её конструктивной направленности);
2. Принцип «аутентичности» (сведение к минимуму субъективное искажающее воздействие специалиста и его метода на процесс уникального индивидуального развития и решения клиентом своих задач);
3. Принцип «зоны ближайшего развития» (соблюдение последовательного и поэтапного развития с естественной природной скоростью);
4. Принцип «системно-импровизационного баланса, пластичности и креативности» (формирование алгоритма поведения в ситуации неопределённости);
5. Принцип «интенсивных и экстенсивных коммуникаций» (организация в коммуникациях с клиентом баланса между самостоятельным развитием его внутреннего потенциала и внешними средствами развития);
6. Принцип «наблюдения, исследования и понимания» (детальный и безоценочный сбор информации и выявление закономерностей поведения и деятельности клиента);
7. Принцип «феноменологического подхода» (инициация коуч-процесса с любой заявляемой проблемной зоны, без создания специальных рамок и жёстких правил взаимодействия с клиентом);
8. Принцип «адекватной трансляции» (обработка информации, время, способ и форма её подачи – оптимальной обратной связи);
9. Принцип «трансмутации» (готовность клиента к быстрым качественным изменениям в синергийном взаимодействии со специалистом);
10. Принцип «экономичности» (минимальное воздействие специалиста при совместном решении с клиентом его задач, способствующее максимальному результату – «гомеопатический» эффект);
11. Принцип «регенерации» (возможность терапевтической работы с деструктивными аспектами личности и организации);
12. Принцип «полимодальности и полихроничности» (контакт с феноменальным материалом во взаимодействии с клиентом в различных модальностях - вербальных и невербальных, а также временных контекстах: решения, потребности, события, состояния связанные с будущим (создание пластичных моделей будущего), настоящим (способность быть в процессе и моменте "здесь-и-теперь") и с прошлым (способность освобождаться от груза прошлого, извлекать уроки и опираться на положительный опыт);

Естественно, всё вышесказанное также, в определённой степени, «порядок» действий специалиста, во всяком случае, подход, который как-то логически структурируется и вполне может быть назван заготовленным сценарием. Всё так, кроме одного – приоритетов в этой работе. В одном случае, психологический феноменальный контакт может быть целиком подчинён отвлечённому от конкретного случая сценарию, не резонируя с этим случаем. В другом – описываемый подход выстраивается, прежде всего, относительно «живой» ситуации, ситуации феноменального проявления жизнеобеспечивающей функции личности или организации, с учётом естественных закономерностей индивидуального и социального человеческого поведения и реакций. Эти факторы, по сути, и являются культурными основаниями в данной работе, дающими соответствующее направление в формировании индивидуальной и корпоративной культуры, эффективности деятельности организации.

В этом смысле, обязательная постановка цели на первом этапе взаимодействия коуча и его клиента («Coaching for performans», John Whitmore1992), без исследования и понимания внутренней реальности клиента, часто может являться ловушкой для обоих. «Когда слепой ведет слепого, оба обязательно упадут в яму» - гласит суффийская поговорка. Когда перед собой ставит цели человек, которым больше руководят собственные амбиции, а не понимание своих реальных сил и возможностей, когда формирование целей происходит без учета и знания окружающей ситуации (экономической, социальной, личной и т.д.), когда цели формирует человек с неразвитым эмоциональным интеллектом и переменчивым настроением, и в подобной незрелой постановке целей его невольно поддерживает коуч, скорее всего, попадание  в яму неизбежно. Глубина ямы, в данном случае, прямо пропорциональна эффективности применяемых коуч-методик. Кроме того, очевидно, что буквальное перенесение коучинга, как западной психологической технологии на российскую почву может быть (и во многом, уже…) чревато культуральным её отторжением. Чревато вредом, который может быть нанесён человеку, «тренируемому» коучем, не умеющим обходиться с неизбежно возникающими в процессе такого тренинга эмоционально-аффективными реакциями своего подопечного и неизбежно влияющими на его бизнес-деятельность.

Сегодня уже очевидно, что значительный процент людей, обращающихся к коучу условно можно разделить на две категории по компетенции целеполагания и достижения целей. Первая – те, кто не имеет практического опыта достижения каких либо существенных целей и результатов в своей жизни – жизни, «что не воплотилась в судьбу…» (Г.Русаков). Вторая – «достиженцы» с высоким уровнем притязаний, видящие свою жизнь исключительно в ракурсе постоянного движения от одной цели к другой, постоянно и намеренно повышающие себе очередную планку. И так до ситуации, когда, чаще всего, всплывает вопрос «куда же ещё двигаться?», в лучшем случае. В худшем – до внутренней путаницы и истощения от преследующей хронической неудовлетворённости и тревоги («туда ли я залетел?!), которая не перекрывается ни «успешной» карьерой, ни большими деньгами, ни высоким статусом. Последние, часто, напоминают легкоатлетов, постоянно и упорно думающих о достижении финишной ленточки, забывая напрочь и в спешке о толчковой ноге, дыхании, удовольствии самостоятельного и аутентичного движения-полета и движения совместно с другими на дистанции, забывая о процессе. Но ведь, именно, качество этого процесса, чаще всего и приводит к важным и удовлетворяющим результатам с ощущением, к тому же, приятного вкуса жизни, а не утомления от безрадостной и однообразной скачки по кругу, подобно  взмыленным и уставшим лошадям на ипподроме[3].

Все это даёт основание рассматривать подобную работу коуча не просто в качестве «тренерства», следования модели GROW и т.д., но как более глубокое и широкое взаимодействие с личностной природой человека, природой социальной группы (организации), способствующее развитию и раскрытию аутентичного и поэтому устойчивого личностного  и организационного потенциала, определив это взаимодействие, как  глубинный экологический коучинг. Этот новый отечественный подход в психологическом сопровождении бизнеса, продолжает традиции феноменологического подхода в науке (Э.Гуссерль), клиенто-центрированного (К.Роджерс), процессуального и других подходов в психотерапии, культурно-исторического подхода в психологии (Л.Выготский). Опора на фундамент современной отечественной и западной психологии позволяет освободиться в работе коуча от буквального «пересказывания» западных подходов и школ коучинга, которые, не секрет, часто входят в противоречие с отечественным менталитетом и культурой, системой жизненных ценностей, не говоря уже о принципах построения бизнеса и корпоративной культуры. Специалист-коуч, находящийся «внутри» (социума, страны, государства), может более точно  понимать и ощущать специфическую культуру страны, её историю, национальные психологические особенности людей и поэтому потенциально способен занимать более продуктивную (понимающую,  адекватную и экологичную) позицию, по сравнению с «западным» ракурсом в работе с клиентом в условиях российских реалий.

[1] А.Андреев, «Мир Тропы, очерки русской этнопсихологии», С-Пб.,1998.

[2] В. Можайский, «Психология целостного опыта», Симферополь, Таврида, 1998г.

[3] С одной стороны, коучинг, благодаря набору определённых моделей и методик безусловно вносит значительную конкретику в процесс решения некоторых бизнес-задач и поэтому более позитивно воспринимаем традиционным психотипом современного бизнесмена, нежели психологическое консультирование по вопросам бизнеса, а тем более психотерапия.

Именно это же, при определённых условиях, является и слабой стороной коучинга, формируя в процессе решения задач 1. излишний крен в сторону достижения заранее предполагаемого результата и неспособности, при этом, пребывать в творческом процессе; 2. превалирование стремления действовать (лишь бы заработать) над способностью рефлексировать свою бизнес-деятельность, начиная с проф- и бизнес-ориентации, заканчивая отслеживанием возможных последствий своей бизнес-деятельности; 3. опора исключительно на определённые сценарии и бизнес-схемы и, при этом, низкая толерантность к ситуации неопределённости.

Владислав МОЖАЙСКИЙ